«Амнистированных - в федеральный розыск: как дознание и прокуратура год скрывали амнистию, а Верховный Суд РФ отказался это замечать»

«Амнистированных - в федеральный розыск: как дознание и прокуратура год скрывали амнистию, а Верховный Суд РФ отказался это замечать»

ПРОИЗВОЛ - неограниченное своеволие; отсутствие законности; справедливости; самовластие; ничем не стесняемая воля. - «Вижу произвол - протестую, вижу ханжу и лицемера - протестую, вижу торжествующую свинью - протестую. А. П. Чехов, «Гусев», 1890 г.» - «Но если так и всё зависит от произвола прокурора и лиц, могущих применять и не применять закон, так зачем же суд? Л. Н. Толстой, в произведении «Воскресение», 1899 г.»

Председателю Верховного Суда РФ:
Краснову Игорю Викторовичу
121260, Москва,
ул. Поварская, д. 15, стр.1
Генеральному прокурору РФ:
Гуцан Александру Владимировичу
125993, г. Москва, ул. Большая Дмитровка, д. 15а

ЗАЯВЛЕНИЕ (В ПОРЯДКЕ СТ. 391.11 ГПК РФ)
о грубом нарушении судьями ВС РФ и должностными лицами аппарата ВС РФ порядка рассмотрения кассационных и надзорных жалоб, лишении права на личное обращение к Председателю Верховного Суда РФ и уклонении судов и судей Верховного Суда РФ от оценки фактов произвола органов дознания и прокуратуры.

Поскольку предыдущее обращение с жалобой в порядке ч. 1 ст. 391.11 ГПК, направленное лично Председателю Верховного Суда РФ, в нарушение прав Истца на реагирование высшего должностного лица судебной системы на «укоренившуюся судейскую ошибку» (2497-О; 1155-О) и на его личное изучение доводов и пересмотр, было неправомерно перехвачено его заместителем О.Н. Нефедовым, она НАСТАИВАЕТ на реализации своего законного права на рассмотрение дела единолично Председателем Верховного Суда РФ Красновым Игорем Викторовичем, или на пересмотр в порядке ст. 391.1 ГПК РФ на обращение Генерального прокурора РФ Гуцан Александра Владимировича в Президиум Верховного Суда РФ с надзорным представлением о пересмотре незаконных судебных постановлений и восстановления нарушенного единства судебной практики.
03.04.2026 года Истцом, в адрес Председателя Верховного Суда РФ И.В. Краснова в порядке ч. 1 ст. 391.11 ГПК РФ была направлена надлежащим образом оформленная надзорная жалоба на вступившие в законную силу судебные постановления по гражданскому делу в первой инстанции Тверского районного суда г. Москвы № 02-2168/2024 Решение от 13.06.2024, (УИД 77RS0027-02-2024-003771-58) номер дела в Верховном Суде РФ № 5-КФ25-1809-К2.
Однако из отписки от 30.03.2026 г., Истцу стало известно, что указанная надзорная жалоба, адресованная лично Председателю ВС РФ, была неправомерно перехвачена заместителем Председателя ВС РФ Нефедовым О.Н.
Ранее аналогичный процессуальный произвол был допущен судьей Верховного Суда РФ Жубриным М.А., и ведущим консультантом Верховного Суда Российской Федерации И.В. Даниной, при рассмотрении кассационных жалоб, направленных в порядке ч. 3, ст. 390.7 ГПК РФ и оформленных надлежащим образом, содержащих жалобу на определение № 5-КФ25-1809-К2 судьи Верховного Суда РФ Пчелинцевой Л.М. (от 05.06.2025 г.), направленных в адрес (лично) Председателю Верховного Суда РФ Краснову И.В.
Первая из которых, в нарушение прав Истца и норм процессуального права, полностью искажая конституционную суть правосудия, была рассмотрена рядовым судьёй ВС РФ М.А. Жубриным, сославшегося в своём решении от 27 ноября 2025 года на выдуманные основания: «возможность обжалования ответа заместителя Председателя ВС РФ ГПК РФ не предусмотрена».
«Подача жалобы на имя Председателя ВС РФ в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ (или ч. 5 ст. 401.10 УПК РФ). Это «жалоба Председателю, а не новое процессуальное обжалование, целью которой фактически представляет собой повторное изучение доводов, после несогласия выносится определение», «без соблюдения общих правил подсудности, закрепленных процессуальным законодательством». (дословно из Определения Конституционного Суда РФ от 06.06.2016 N 1155-О).
Диспозиция ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ содержит исчерпывающий и строго персонифицированный перечень должностных лиц, наделенных полномочиями повторно проверять жалобы, рассматривать и изучать доводы, давать им оценку, поданные в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ, а также исключительным правом отменять определения судей ВС РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании. Таковыми должностными лицами являются Председатель Верховного Суда РФ и заместитель Председателя Верховного Суда РФ, увы рядовые судьи ВС РФ к таковым лицам не относятся.
Принятое решение от 27 ноября 2025 года рядовым судьёй Верховного Суда РФ М.А. Жубриным, не имеющего ни права, ни полномочий на процессуальное рассмотрение выше перечисленной кассационной жалобы, поданной в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ на имя Председателя ВС РФ и принятия решения по ней, является противозаконным.
Из ответов Генпрокуратуры РФ и полученного 24.06.2026 года (исх.18.05.2026 года) Следственного Комитета РФ следует, что проводимой проверкой сей документ установлен как РЕШЕНИЕ. В связи с чем, действия судьи Верховного Суда РФ М.А. Жубрина, по оставлению без рассмотрения кассационной жалобы Председателем Верховного Суда РФ и принятия рядовым судьёй противозаконного решения по ней, являются незаконными и совершенными с превышением процессуальных полномочий.
После чего, в процессуальное рассмотрение (второй) Кассационной жалобы, направленной повторно в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ и оформленной надлежащим образом, произвольно вмешалась ведущий консультант Верховного Суда Российской Федерации И.В. Данина (естественно не имеющая никакого права на участия в кассационном процессе, ни полномочий на процессуальное рассмотрение выше перечисленной кассационной жалобы и принятия решения по ней). В итоге, по повторно направленной кассационной жалобе, в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ, было вновь принято противозаконное решение уже работником аппарата Верховного Суда Российской Федерации И.В. Даниной (дословно): «возвращается без рассмотрения по существу по основаниям, изложенным в письме судьи ВС РФ от 27 ноября 2025 года».
В силу Определения Конституционного Суда Российской Федерации № 2497-О, «оснований для возвращения данных жалоб без рассмотрения, законодательством Российской Федерации не предусмотрено».
В связи с чем, действия сотрудника Аппарата Верховного Суда Российской Федерации, возвратившего жалобу, направленную в порядке ч. 3 ст. 390.7 ГПК РФ Председателю Верховного Суда Российской Федерации без рассмотрения, являются превышением своих должностных полномочий.
На направленное сообщение о преступление по самоуправству и …., в Генпрокуратуру РФ (перенаправленное сотрудником Генпрокуратуры РФ А.Г. Югай в Верховный Суд РФ в нарушении федерального законодательства п. 5 статьи 10 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 № 2202-1 и № 59-ФЗ не взирая на то, что противоправные действия имеющие признаки состава преступлений, допущенные в отношении Истца сотрудницей и судьёй Верховного Суда РФ прямо обжалуются), из ответа В.П. Репиной, заместителя начальника управления…….Управления по организационному обеспечению рассмотрения обращений Верховного Суда РФ: «Ваша последующая кассационная жалоба правомерно возвращена без рассмотрения по существу работником аппарата Верховного Суда Российской Федерации И.В. Даниной, поскольку положения об обязательной даче ответа о результатах рассмотрения кассационной жалобы не только заместителем Председателя Верховного Суда Российской Федерации, но и Председателем Верховного Суда Российской Федерации действующее гражданское процессуальное законодательство не содержит».
В силу Определения Конституционного Суда Российской Федерации № 2497-О, «оснований для возвращения данной жалобы без рассмотрения, законодательством Российской Федерации не предусмотрено», в связи с чем действия судьи ВС РФ и сотрудника Аппарата Верховного Суда РФ И.В. Даниной и В.П. Репиной, дважды возвративших кассационную жалобу, адресованную Председателю Верховного Суда Российской Федерации и оставленную без его (председателя) рассмотрения по существу и принятия им же решения по ней, являются противозаконными и противоправными, СУЩЕСТВЕННО нарушающими конституционные права Истца, процессуальный порядок и законодательство РФ.
Истец полагает, что противоправные действия должностных лиц Верховного Суда РФ В.П. Репиной, И.В. Даниной, судьи Жубрина М.А. и Нефедова О.Н., существенно нарушили её права, Конституцию РФ, законодательство РФ, в том числе ч. 3 ст. 390.7 и ч. 1 ст. 391.11 ГПК РФ, искусственно блокируют доступ к Председателю Верховного Суда РФ, а также полностью искажают правовую позицию Конституционного Суда РФ (Определения № 2497-О и № 1155-О) и СУТЬ ПРАВОСУДИЯ.
Данные противоправные действия судьи и должностных лиц Верховного Суда РФ, сотрудников аппарата Верховного Суда РФ, грубо нарушают принципы гражданского процесса, в следствии чего лишили Истца гарантированного законодательством РФ конституционного права как участника кассационного, а дальнейшем и надзорного процесса, возможности обращения к Председателю Верховного Суда РФ, обладающего процессуальными полномочиями на «реагирование высшего должностного лица судебной системы на укоренившуюся судейскую ошибку» (2497-О; 1155-О), на повторное ИМ изучения доводов Истца и внесения представления о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений в Коллегию или Президиум Верховного Суда РФ для устранения допущенных судами, ЯВНЫХ существенных и фундаментальных нарушений норм права в порядке положений ГПК РФ.

Подобное воспрепятствование реализации процессуальных прав Истца представляет собой умаление гарантированного статьей 46 Конституции РФ её права на судебную защиту.
В силу части 1 статьи 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Принцип эффективного восстановления нарушенных прав отражен и в ряде постановлений Конституционного Суда РФ, в том числе, Определениями Конституционного Суда РФ № 2497-О и № 1155-О.
«Право на судебную защиту - это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод, которая должна быть обеспечена государством в соответствии с критериями эффективности и справедливости, конституционными принципами правосудия, вытекающих из статей 2, 18, 19 (части 1 и 2), 45, 46 (части 1 и 2), 47 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации» (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.11.2017 N 30-П).
Как отмечает Конституционный Суд, ч. 3 ст. 390.7 и ч.1 ст. 391.11 ГПК РФ «являются конкретной формой реализации возможности исправления по жалобам заинтересованных лиц судебных ошибок и составляют тем самым дополнительную гарантию конституционного права на судебную защиту».
«Это не новое самостоятельное обжалование судебных актов нижестоящих судов, а реагирование высшего должностного лица судебной системы на укоренившуюся судейскую ошибку» (2497-О; 1155-О).
«Кроме того, эта процедура не является обжалованием определения судьи ВС РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Суда, а фактически представляет собой повторное изучение доводов, изложенных в кассационной жалобе, председателем ВС, его заместителем». (от 26 сентября 2024 года Определение Конституционный Суд Российской Федерации № 2497-О).
Жалобы на определение судей ВС РФ по кассационным жалобам имеют особый процессуальный порядок. (от 26 января 2017 года N 199-О).

Истец столкнулся с системной проблемой прохождения кассационных и надзорных жалоб в Верховном Суде РФ, где Аппарат ВС РФ штампует отказы, покрывая вопиющий материальный и процессуальный произвол нижестоящих судов г. Москвы, где сотрудники аппарата ВС РФ и рядовые судьи, путём противоправных действий, которые немыслимы и недопустимы для Высшего органа судебной власти РФ, блокируют обращения на имя Председателя ВС РФ, нарушая ключевой конституционный принцип доступности правосудия, тем самым подрывая основы гражданского судопроизводства и авторитет Верховного Суда Российской Федерации у граждан РФ.

Наглядная абсурдность и циничные цифры размещены в Обзоре статистических данных о рассмотрении в Верховном Суде Российской Федерации в первом полугодии 2025 года: из поступивших 43.799 кассационных жалоб в Верховный Суд РФ, 16 118 кассационных жалоб за первое полугодие 2025 года, не было допущено до Верховного Суда РФ сотрудниками Управления по организационному обеспечению ВС РФ.
Из числа оставшихся жалоб в кассационной инстанции – 27 681 шт., (путём не хитрых расчётов, это более 12 кассационных жалоб в день на одного судью ВС РФ), после их «якобы» «судебного» «изучения», «детального рассмотрения» и вынесения процессуального акта до рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда, добралось всего лишь – 519 гражданских дел (менее 2 %).
27 144 заявителям было отказано в процессуальном рассмотрении их жалоб в судебном заседании Верховного Суда РФ («судьёй фильтром») без допуска в зал суда (в их числе оказался Истец).
А теперь давайте сравним эту «конвейерную» реальность с тем, что нам гарантирует Высший закон страны и законодательство РФ.
Статья 123 Конституции РФ провозглашает: разбирательство дел во всех судах открытое, а судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Гласность - это прозрачность и объективность.
В силу ст.194 ГПК РФ, судья является единственным лицом, уполномоченным детально изучать материалы, исследовать доказательства и выносить решение.
Более того, Статья 2 ГПК РФ прямо обязывает суды защищать нарушенные права граждан, укреплять законность и формировать уважительное отношение к закону и суду.
Статья 10 ГПК РФ провозглашает: гласность, открытость судебного разбирательства.
Статья 13 ГПК РФ провозглашает: обязательность судебных постановлений.
Но где здесь гласность и состязательность на самом деле?
Какая состязательность, если Истец и его представитель, даже не имеет права участвовать в судебном процессе, устно изложить свои доводы и заставить систему себя выслушать?
Какая открытость, если судьба дела решается тайно, за закрытыми дверями кабинетов, где консультанты я предполагаю, набрасывают шаблонный отказ, в виде писем - отписок, форма которых не имеет ни чего общего с процессуальным законодательством РФ, а судья лишь штампует автограф?
Какое уважение к закону, если суды общей юрисдикции, на примере настоящего гражданского дела, при рассмотрении открыто игнорируют обязательные требования и обязанности по руководству статьями 1069, 1070, абзацами 3 и 5 статьи 1100 ГК РФ в их системном единстве со статьей 133 УПК РФ, ДЕМОНСТРАТИВНО игнорируют руководящую правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г., в абзаце 2 пункта 5 и в пункте 7 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.11.2011 г., официальные Разъяснения Президиума Верховного Суда РФ от 29.07.2015 г. (Ответ на вопрос № 12), а при обращении в Верховный Суд РФ, гражданин упирается в глухую стену самозащиты от жалоб?

Вместо открытого Высшего суда, граждане России получают непрозрачную "тайную высшую канцелярию". Система, созданная для защиты прав, превратилась в систему самозащиты судейских клерков от жалоб населения. И пока этот скрытый фильтр функционирует, любые декларации о законности остаются лишь красивым текстом на бумаге, который аппаратчики Верховного Суда РФ ежедневно отправляют в шредер.
На совершённые противозаконные действия (содержащие признаки состава преступления) в отношении Истца, выше перечисленными лицами, при рассмотрении в Верховном Суде РФ её кассационных жалоб, направленных в порядке ч. 3 ст. 390.7; на вынесенные противозаконные судебные акты и решения, которыми при реализации права доступа к правосудию и права на справедливое судебное разбирательство, ей нанесён существенный моральный вред, направлены жалобы (содержащие СООБЩЕНИЯ о ПРЕСТУПЛЕНИИ) в адрес Президента РФ (гаранта Конституции РФ, прав и свобод граждан РФ), Генерального прокурора РФ и по подследственности Председателю Следственного Комитета РФ Бастрыкину А.И.
Далее, что касается рассмотрения гражданского дела судами общей юрисдикции, определения судьи ВС РФ Пчелинцевой Л.М., и « результатов» (в виде отписок судей ВС РФ Ю.В. Глазова и О.Н. Нефёдова) по «реализации возможности на дополнительную гарантию конституционного права Истца на судебную защиту и исправления, по жалобам заинтересованного лица, судебных ошибок», Истец считает, что судами общей юрисдикции и судьями Верховного суда РФ допущены множественные существенные и фундаментальные нарушения норм процессуального и материального права.
Выражены фундаментальные нарушения - в неверной квалификации судами и судьями правоотношений и в умышленном сокрытии фактов грубого нарушения конституционных прав Истца со стороны органов дознания, прокуратуры, их должностных преступлений (по умышленному укрывательству амнистии, на протяжении ГОДА по ЯВНО сфальсифицированным уголовным делам в отношении Истца, сопряженными с незаконным объявлением Истца в федеральный розыск в период амнистии (по УД № 201501061/25 от 23.01.2015 г., ч. 1 ст. 158 УК РФ вообще амнистию не применили)) что образует самостоятельный состав гражданского правонарушения со стороны государства (ст.1069 ГК РФ), а также в попытке судами общей юрисдикции при рассмотрении гражданского дела, подмены исковых требований о компенсации морального вреда за незаконные действия должностных лиц (ст. 1069 ГК РФ) на «требования» о нарушении разумных сроков судопроизводства (Закон № 68-ФЗ).

1. О грубом искажении правовой позиции Верховного Суда РФ посредством избирательного применения судами актов официального судебного толкования, выразившемся в умышленном выборочном цитировании и искажении содержания ч. 4 ст. 133 УПК РФ и п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 17, превратив официальное толкование закона в удобный юридический фокус для принятия выгодного решения, а также о грубейших нарушениях судами самих процессуальных правил собирания, истребования и оценки доказательств искажающих суть правосудия, не имеющих отношения к предмету настоящего гражданского спора, но тем не менее оказавшихся во всех судебных постановлениях.
1.1. Судами нижестоящих инстанций допущено существенное нарушение норм материального права, выразившееся в искажении правовой позиции Верховного Суда РФ посредством избирательного (выборочного) применения актов официального судебного толкования.
Тверской районный суд г. Москвы при вынесении решения по настоящему делу применил метод деструктивного, выборочного цитирования положений пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 («О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ...», вырвав фрагмент из контекста высших судебных инстанций, исказив его смысл, включил в основу судебного акта лишь исключительно абзац первый указанного пункта, создав искусственную видимость законности своего решения.
Суд первой инстанции полностью проигнорировал и не применил обязательное предписание абзаца второго пункта 5 данного Постановления, которое напрямую регулирует спорные правоотношения сторон и обязывает возместить вред в полном объеме, если уголовное преследование продолжалось после возникновения оснований для амнистии.
Подобное отношение к актам Верховного Суда РФ подрывает авторитет судебной власти и в силу ст. 390.14 ГПК РФ влекло безусловную отмену обжалуемых актов.
В последующем, данный фокус правоприменения приобрел системный характер, ВСЕ вышестоящие судебные инстанции автоматически, в слепую, продублировали выводы суда первой инстанции, полностью проигнорировав прямые ссылки Истца на абзац второй пункта 5 Постановления Пленума № 17 и представленные доказательства длительного незаконного преследования, что привело к существенному искажению сути правосудия.
Суды апелляционной, кассационной инстанций при рассмотрении жалоб Истца уклонились от обязанности дать надлежащую правовую оценку факту изолированного толкования нормы материального права.
Судьи же, Верховного Суда РФ не выполнили обязанность по проверке законности судебных актов в части оценки доводов о неверном (изолированном) толковании нормы материального права.

Согласно полному и действительному тексту пункта 5 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.11.2011 г., в абзаце 2 данного пункта прямо законодательством зафиксировано: «...если вред причинен вследствие продолжения уголовного преследования после возникновения или установления таких обстоятельств (амнистии)... лицо имеет право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ», то есть абзац 2 пункта 5 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.11.2011 г, прямо обязывает возместить вред, если преследование продолжалось после возникновения оснований для амнистии.
Данное разъяснение высшей судебной инстанции носит характер обязательного предписания и прямо обязывает суды признавать право на возмещение вреда в полном объеме, если уголовное преследование искусственно и противоправно пролонгировалось государственными органами вопреки воле Истца и при наличии безусловных оснований для его прекращения.
В рассматриваемом деле имеет место самостоятельное, длящееся, грубое нарушение со стороны государства, выразившийся в совокупности следующих противоправных действий (бездействия):
- Прямое игнорирование дознавателями поданного Истцом 13 мая 2015 года письменного ходатайства о применении Постановления Государственной Думы ФС РФ от 24.04.2015 № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии...».
- Заведомо незаконное удержание уголовных дел в нарушении ст. 223 УПК РФ в производстве органа дознания на их прекращение и за пределами установленного законом срока на исполнение Постановления об амнистии от 24.04.2015года.
- Вынесение 30 июля 2015 года заведомо незаконного постановления об объявлении Истца в розыск, 10.11.2015 года в федеральный розыск, преследовавшее цель искусственно приостановить течение сроков и скрыть факт волокиты и фальсификации, в то время как Истцу государством уже был гарантирован иммунитет от преследования.
- Противоправное попустительство со стороны органов прокуратуры, не осуществивших надлежащий надзор и своевременно не пресекших произвол дознания. На исполнение Постановления об амнистии от 24.04.2015 устанавливался срок до 6 месяцев, этот срок являлся обязательным для органов власти.
- Дознавателями были допущены очевидные должностные преступления (превышение должностных полномочий ст. 286 УК РФ), связанные с фальсификацией документов и систематическим нарушением конституционных прав Истца. - Уголовное преследование Истца, осуществлявшееся в течение года вопреки прямому действию государственного акта гуманизма (амнистии) - это не просто процессуальная задержка («волокита»), а самостоятельное противоправное посягательство государства на права и свободы гражданина. Данный произвол находится в прямой причинно-следственной связи с причиненными Истцу нравственными страданиями и материальными потерями, что в силу ст. 1069 ГК РФ, ст. 53 Конституции РФ и п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 17 является безусловным и самостоятельным основанием для взыскания вреда.
1.2. Введение в материалы дела недопустимых доказательств. Все состоявшиеся по делу судебные постановления подлежат безусловной отмене, как вынесенные с существенными и фундаментальными нарушениями норм процессуального права (ст. 60, ст. 67, ст. 195, ст. 196 ГПК РФ), повлекшими за собой вынесение неправосудных актов, основанных на недопустимых доказательствах.
Тверской районный суд г. Москвы при рассмотрении дела, проявил грубейшее нарушение самих процессуальных правил собирания, истребования и оценки доказательств, лишив Истца права на справедливое судебное разбирательство. Суд, проигнорировав исковые требования и обоснованные ходатайства Истца об истребовании из органов дознания и материализации в гражданском деле подлинных сведений по уголовному делу № 201501061/25 от 23.01.2015 г. (по ч. 1 ст. 158 УК РФ), при оформлении официального судебного запроса указал не имеющие отношения к предмету спора данные - неверный номер дела и неверную квалификацию состава преступления: № 201501254/25 по ч. 1 ст. 157 УК РФ (вместо надлежащих № 201501061/25 по ч. 1 ст. 158 УК РФ).
В результате халатности и грубого процессуального нарушения со стороны Тверского суда, а также введения в материалы дела недопустимых доказательств и дальнейшего тотального игнорирования судами требований Истца, в материалах гражданского дела оказались недопустимые, не относящиеся к спору, незаконно внесённые сведения, которые в последующем легли в основу всех обжалуемых судебных актов. Суд первой инстанции демонстративно нарушая ч. 2 ст. 195 ГПК РФ, обосновал заведомо противозаконное решение на доказательствах, которые не были надлежащим образом исследованы и верифицированы в судебном заседании, что являлось безусловным основанием для отмены судебных актов выше стоящими судами.
Органы вышестоящих судебных инстанций не дали надлежащей правовой оценки данному факту, формально продублировав противозаконные выводы Тверского районного суда г. Москвы, тотально игнорируя доводы Истца в апелляционных, кассационных и надзорных жалобах, что свидетельствует о системном и фундаментальном нарушении норм процессуального права, без устранения которых восстановление нарушенных прав Истца невозможно.

2. Прямое нарушение статьи 196 ГПК РФ. Принимая решение, Тверской районный суд в нарушение ч. 3 ст. 196 ГПК РФ произвольно проигнорировал заявленные Истцом исковые требования в их полном объеме (незаконное объявление в розыск). Суд не дал никакой правовой оценки самостоятельным требованиям о возмещении вреда, причиненного противозаконными действиями должностных лиц в рамках иных периодов преследования Истца, сузив предмет спора. Полноценной оценки доказательств «в их совокупности» вопреки заявлениям, судов апелляционной и кассационной инстанций, произведено не было.
3. Неправомерное применение части 4 статьи 133 УПК РФ и абзаца 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17. Суды общей юрисдикции неправомерно применили и неверно истолковали смысл правовой нормы части 4 статьи 133 УПК РФ, которая заведомо не относится к спорным правоотношениям и к данному гражданскому делу.
Диспозиция ч. 4 ст. 133 УПК РФ и п. 5 Пленума № 17 распространяется исключительно на ситуации, когда в отношении лица уже были применены меры процессуального принуждения или вынесен обвинительный приговор, которые впоследствии отменялись или изменялись ввиду амнистии. Как установлено материалами дела и признано судами, в отношении Истца по соединённому уголовному делу № 201501090/25 и по уголовному делу № 201501061/25 меры процессуального принуждения и обвинительный приговор никогда не выносились, соответственно - не отменялись и не изменялись. Доказательств обратного в материалах дела нет, судами не добыто. Соответственно, данные «ограничительные правила» заложенные в ч. 4 ст. 133 УПК РФ, физически не могут быть применены к Истцу.
Логическое и нормативное толкование данных правил ч. 4 ст. 133 УПК РФ у«от противного» доказывает, что эти ограничения на Истца не распространяются.
Неправильное применение норм материального и процессуального права, игнорирование доводов Истца, что правила ч. 4 ст. 133 УПК РФ и абзац 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям, привело к принятию незаконных решений, которые исказили саму суть правосудия и лишили Истца возможности полноценно защитить свои законные права и интересы.
Таким образом, из системного и буквального толкования данной нормы, которое Тверской районный суд умышленно скрыл и исказил, следует, что при отсутствие признаков, ограничивающих право Истца на возмещение вреда, в силу правила ч. 4 ст. 133 УПК РФ и абзаца 1 п. 5 Постановления Пленума ВС РФ № 17 означает, что к Истцу должны применяться общие правила Главы 18 УПК РФ во взаимосвязи со ст. 1069 и 1070 ГК РФ.
4. Прямое неисполнение судами пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 № 17 и игнорирование требований Истца руководствоваться пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17.
Истец в исковых требованиях, апелляционных и кассационных жалобах систематически указывал, что судам для правильного разрешения дела необходимо было руководствоваться и применять пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17, который полностью регулирует правоотношения сторон и безусловно предписывает:
“п. 7. Лица, не имеющие права на реабилитацию и на возмещение вреда на основании части 3 статьи 133 УПК РФ, в случае причинения им вреда дознавателем, следователем, прокурором или судом в соответствии с частью 5 статьи 133 УПК РФ имеют право на его возмещение в порядке гражданского судопроизводства”.
Данное разъяснение высшей судебной инстанции полностью блокирует, по настоящему гражданскому делу, любые ссылки Ответчика (Минфина РФ), судов общей юрисдикции и судей ВС РФ на нереабилитирующий характер прекращения уголовных дел дознавателями, Верховный Суд РФ четко разъяснил нижестоящим судам: если гражданину причинен вред незаконными действиями дознавателя и прокурора (по УД №201501061/25 в нарушении ч. 2 ст. 27 УПК РФ вынесение постановлений без согласия Истца, невручение ему постановлений о прекращении УД (без его согласия) в нарушении ч. 4 ст. 239 УПК РФ) отказ рассматривать амнистию по остальным трём УД в течении года, завуалировав этот произвол под якобы волокиту, вынесение противозаконного постановления о федеральном розыске, преступное попустительстве прокурора на творящийся произвол дознавателей, нахождение Истца около года в федеральном розыске в период амнистии, то защита прав и возмещение вреда, осуществляется в гражданском порядке через ч. 5 ст. 133 УПК РФ и ст. 1069, 1070 ГК РФ.
Игнорирование судами первой, апелляционной, кассационной инстанций и судьями Верховного суда РФ пункта 7 Пленума № 17 является существенным нарушением норм материального права, что привело к неправильному выбору правового основания и повлекло вынесение заведомо незаконных судебных актов, подлежащих безусловной отмене.
Суды общей юрисдикции полностью проигнорировали исковые требования Истца об обязательности применения и руководства пунктом 7 Постановления Пленума № 17 от 29.11.2011 г.
Судами общей юрисдикции и судьями Верховного суда РФ ДЕМОНСТРАТИВНО проигнорированы исковые требования и ссылки в жалобах Истца на обязательность применения и руководства, на порядок и основания ст. 1069 ГК РФ, абзаца 2 пункта 5 и пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 17 от 29.11.2011 г., при которых причинённый вред противозаконными действиями дознавателей и прокуроров подлежит безусловному ВОЗМЕЩЕНИЮ (компенсации) в порядке гражданского судопроизводства.
Данные нормы, обязывали Тверской суд рассмотреть требования Истца по существу и удовлетворить их, поскольку вред действиями должностных лиц (дознания) был доказан.
5. Игнорирование официальных разъяснений Президиума Верховного Суда РФ. Суды общей юрисдикции проигнорировали исковые требования и ссылки в жалобах Истца на официальные Разъяснения Президиума Верховного Суда РФ от 29.07.2015 г. (Ответ на вопрос № 12), где прямо указано: «Исходя из взаимосвязанных положений п. 3 ч. 1 и ч. 2 ст. 27, п. 1 ст. 254, п. 1 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ не прекращение уголовного дела судом вследствие акта об амнистии, признается СУЩЕСТВЕННЫМ нарушением УПК РФ».
При наличии признанного высшей инстанцией «существенного нарушения УПК РФ не прекращение уголовного дела вследствие акта об амнистии, суды и судьи рассматривающие исковые требования и жалобы по настоящему гражданскому делу не имели права отказывать в защите прав Истца.
6. Подмена институтов материального права. Суды общей юрисдикции, умышленно допустили грубейшую ошибку в материальном праве, попытавшись подменить исковые требования Истца о компенсации морального вреда за незаконные действия органов дознания и прокуратуры (ст. 1069 ГК РФ) на «требования» о нарушении разумных сроков судопроизводства (Закон № 68-ФЗ). «Доводы апелляционной жалобы истца о том, что постановление об амнистии не применялось к ней длительное время, отклоняются судебной коллегией как необоснованные, поскольку данное обстоятельство не является безусловным основанием для присуждения компенсации морального вреда, при том, что ФИО не обращалась в установленном порядке с 2016 года, когда было прекращено производство по уголовному делу, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводства (досудебное производство по уголовному делу) в разумный срок.»
Искажая суть спора, суды общей юрисдикции намеренно не увидели самостоятельный состав гражданского правонарушения со стороны государства (ст.1069 ГК РФ), выраженный в явных противозаконных действиях дознавателей и прокуроров, по умышленному укрывательству амнистии на протяжении года, сопряженных с изданием не соответствующего закону об амнистии, противозаконного постановления по незаконному объявлению Истца в местный, а затем в федеральный розыск, игнорируя её ходатайство.
В своих исковых требованиях Истец указывает, что органы дознания и прокуратуры в течение целого года (с 24.04.2015 по 20.04.2016 гг.) умышленно игнорировали Постановление ГД ФС РФ от 24.04.2015 № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии...» и поданное ею ходатайство от13 мая 2015 года об применении к ней амнистии. Более того, находясь под защитой государственного акта (гуманизма) об амнистии, она была противозаконно объявлена в федеральный розыск, в итоге уголовные дела и уголовное преследование (за исключением уголовного дела № 201501061/25) были прекращены только 20.04.2016 года.
Отказывая в компенсации морального вреда за этот произвол, суды общей юрисдикции цинично сослались на то, что Истец «не обращалась с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок» (№ 68-ФЗ от 30 апреля 2010 года). Данный вывод является противозаконным и несостоятельным. Истец заявляла иск не о «затяжке времени» (волоките), а о возмещении морального вреда за конкретные самостоятельные незаконные действия должностных лиц (умышленное сокрытие амнистии по четырём уголовным делам, незаконный федеральный розыск в период амнистии и прекращение по п.3 ст.24 УПК РФ УД № 201501061/25 без её согласия и не вручение ей постановления о прекращении). Суды и судьи ВС РФ полностью проигнорировали обоснованные исковые требования, жалобы и требования статьи 1069 ГК РФ за конкретные противоправные действия должностных лиц. Вред от таких действий подлежит безусловной компенсации в порядке гражданского судопроизводства на основании ст. 1069 ГК РФ, абзаца 2 пункта 5 и пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.11.2011 г.

7. Циничное игнорирование правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г.
Суды общей юрисдикции проявили правовой нигилизм, отказавшись применять пункт 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33 от 15 ноября 2022 года, совершили умышленное и грубейшее нарушение норм материального права, полностью игнорируя требования Истца руководствоваться фундаментальной правовой позицией Верховного Суда РФ, на обязательность применения и руководства нормами и статьями закона, которыми при разрешении настоящего гражданского дела они (суды и судьи Верховного суда РФ) обязаны были руководствоваться, а именно, статьями 1069, 1070 ГК РФ, абзацами 3 и 5 статьи 1100 ГК РФ в их системном единстве со статьей 133 УПК РФ, а также руководящей правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г.
Высшая судебная инстанция (ВС РФ) императивно разъяснила нижестоящим судам и естественно это касается и судей Верховного суда РФ:
“Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ... возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, НЕ ОБУСЛОВЛЕНА наличием именно оправдательного приговора... или постановления о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям. Поэтому НЕ ИСКЛЮЧАЕТСЯ принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда... с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина”.
Руководствуясь п. 39 Пленума Верховного Суда РФ № 33, суды общей юрисдикции обязаны были выйти за рамки формального перечисления оснований прекращения уголовных дел, применить системное единство ст. 1069, 1070, 1100 ГК РФ и ст. 133 УПК РФ, дать правовую оценку указанным вопиющим фактам и принять решение на основании принципов справедливости.
Однако судьи ВСЕХ судебных инстанций, ДЕМОНСТРАТИВНО уклонились от применения руководящих разъяснений Верховного Суда РФ. Шаблонный отказ Тверского районного суда, как под копирку признан законным и обоснованным Мосгорсудом, Второй кассацией и судьями Верховного суда РФ, что свидетельствует об отказе в отправлении правосудия.
При разрешении дела, суды общей юрисдикции обязаны были руководствоваться статьями 1069, 1070, абзацами 3 и 5 статьи 1100 ГК РФ в их системном единстве со статьей 133 УПК РФ, а также руководящей правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г., в абзаце 2 пункта 5 и пунктом 7 Постановления Пленума ВС РФ № 17 от 29.11.2011 г., официальными Разъяснениями Президиума Верховного Суда РФ от 29.07.2015 г. (Ответ на вопрос № 12).
Подобный формализм судов общей юрисдикции и уклонение их от оценки факта незаконного уголовного преследования и федерального розыска в период амнистии; множественные процессуальные нарушения, повлекшие ущемление конституционных прав заявителя на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ) при рассмотрении кассационных и надзорных жалоб в Верховном Суде РФ - подрывают веру в ПРАВОСУДИЕ.
«Странная», противоречивая позиция судей ВС РФ на руководящую правовую позиции Верховного Суда РФ, на единообразия судебной практики - искажают СУТЬ ПРАВОСУДИЯ.
Подобное ДЕМОНСТРАТИВНОЕ неисполнение судебных постановлений Верховного Суда РФ не просто является нарушением единообразия судебной практики, но и посягает на конституционные основы правосудия, лишая граждан РФ права на эффективную судебную защиту и дискредитирует высший судебный орган страны в глазах общества, свидетельствует о прямом игнорировании судами и судьями ВС РФ обязательных указаний Верховного Суда РФ, девальвирует принципы правовой определенности и законности, создавая опасный прецедент правового нигилизма на уровне всех судов РФ.
Подобное ДЕМОНСТРАТИВНОЕ неисполнение судебных постановлений Верховного Суда РФ, грубо подрывает принцип обязательности судебных актов, разрушает иерархию судебной системы РФ, уничтожает доверие граждан РФ к правосудию и лишает Истца права на справедливое судебное разбирательство (ст. 46, Конституции РФ) и в дальнейшем реабилитацию по одному из дел (№ 201501061/25).
Подобное ДЕМОНСТРАТИВНОЕ неисполнение судебных постановлений Верховного Суда РФ, законодательства РФ полностью лишило Заявителя конституционного права на справедливое судебное разбирательство и эффективную защиту, что делает невозможным сохранение в силе оспариваемых судебных актов и требует безотлагательного вмешательства ЛИЧНО Председателя Верховного Суда РФ и Генпрокурора РФ для восстановления законности.
Совокупность обозначенных в настоящей жалобе нарушений, допущенных судами и судьями Верховного суда РФ при рассмотрении настоящего гражданского дела, является безусловным основанием для отмены судебных постановлений, так как свидетельствуют о нарушении основополагающих процессуальных принципов состязательности и равноправия сторон, права на судебную защиту и на эффективное средство правовой защиты.
ВСЕ принятые судебные постановления, безусловно являются незаконными и необоснованными, подлежащими отмене, при вынесении которых допущены множественные фундаментальные нарушения норм процессуального и материального права, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав Истца и его законных интересов.